Дети выросли, а между ними и родителями осталась тихая стена. Вот три таких случая.
Первая история — про Марину. Она звонит отцу каждое воскресенье ровно в шесть. Разговор всегда один: погода, здоровье, новости из жизни её детей. Потом пауза. "Ну ладно, не задерживаю", — говорит отец. Она кладет трубку и долго смотрит в окно. Они оба помнят, как он учил её кататься на велосипеде, держа за седло. А потом разжал руку, не предупредив. Она упала. С тех пор она ездит прекрасно, но всегда ждет, что её снова отпустят без предупреждения.
Вторая история — про двух братьев, Алексея и Дмитрия. Их мать всегда была "занята": работой, своими делами, жизнью. Они выросли, поддерживая друг друга, как два дерева, выросшие слишком близко — их корни сплелись. Теперь они взрослые, у каждого своя семья. Они встречаются раз в месяц, пьют кофе, говорят о пустяках. Главное никогда не произносится вслух: благодарность за то, что были друг у друга, и тихая обида на ту пустоту, которую оставила после себя мать. Они до сих пор не знают, любила ли она их. Спрашивать бесполезно.
Третья история — про Софью. Её родители давно в разводе, живут в разных городах. С отцом — редкие, сухие смс. С матерью — длинные, раз в полгода, телефонные разговоры, где мать говорит о своих проблемах, а Софья молча слушает. Она стала мастером в поддержании этого шаткого равновесия. Иногда ей кажется, что она не дочь, а дипломат на нейтральной территории, где перемирие длится уже тридцать лет. Она шутит, что её главное детское воспоминание — это звук отъезжающей такси, увозившей то одного, то другого родителя. Она стояла на балконе и махала рукой, пока машина не скрывалась из виду. Привыкла провожать.
